Опубликовано на: Вс, Ноя 9th, 2014

Дом на улице Мира – как после войны

Поделиться этой

Не мною замечено, что чем «вреднее» человек, тем он чаще сталкивается с неприятными казусами. Но я-то вывожу отсюда теорию обратной взаимосвязи: человека с непростым характером Бог посылает именно туда, где приходится постоять за кротких и смиренных собратьев, потому как им противостояние бы не потянуть, да и не захотели бы. И беспокоят потом «вредные люди» окружающих, становясь для них жалом в плоть, дабы не теряли те биения жизни, не самоусыплялись бы и пошевеливались.

Таких обшарпанных разрушающихся домов, как этот,  в небольшом селе Афонькино несколько

Таких обшарпанных разрушающихся домов, как этот,
в небольшом селе Афонькино несколько

О том, что Александра Васильевна Маслова – человек стальной породы, говорит уже её голос, требующий по телефону редакционную съёмочную группу: выехать и заснять безобразие. Снимать в Афонькино к Александре Васильевне еду я – некоторое время назад она была героиней моей статьи, а  своих на войне не бросают.

Воюет моя бодрая маленькая и «вредная» героиня, ветеран труда и заслуженный работник образования,  не первый год за человеческое существование. Так получается у неё по жизни,  что после детдома не приходилось ни года поквартировать в нормальном жилье. Когда Александра Васильевна сообщила по телефону, что переехала на новый адрес, я, было, возрадовалась, с содроганием вспомнив кособокий пол и тёмные комнаты её прежней аварийной халупы. Но, как оказалось, рано я радовалась, так как источником переживаний и беспокойства учительницы Масловой, а заодно (уже!) и её бывшего ученика, главы Афонькинскогосельского поселения Николая Васильевича Жолудева  является теперь новое место обитания невезучей пенсионерки.

Ну как новое… Сидя на советском, впивающемся в тело диванчике в её нынешних «апартаментах», изучаю приготовленный для отправки в высшие инстанции тетрадный листок с многочисленными старательными закорючками-подписями пожилых и не очень соседей Масловой, её товарищей по несчастью. «Мы, жители домов № 9 и 4  по улице Мира в с.Афонькино, просим разобраться, кто отвечает за наши дома. Дом №4 построен в 1965 году, дом №9 – в 1971-м. Ремонта не было в них никогда. Электропроводка замыкает…»

– Сразу – пых! – всплёскивает ручками и сверкает глазами от возмущения представительница всех шестнадцати жильцов как её дома №9, так и соседнего, сообща подписавшихся под этой петицией – криком о помощи. То, что её имя значит «защитница людей», Александра Васильевна узнала из той моей статьи и припоминает мне это, многообещающе уточняя:

– Только тогда я защищала сама себя, а теперь – права всех жителей нашего «бомжатника»!

Бабушка  употребляет «неучительское» слово, которое и не знаю, каким заменить. Я тоже видела и облезлый до крайности внешний вид здания, и громадами нависающие над входами, поросшие мхом козырьки, и соперничающие с ними по своему угрожающему облику ржавые балконы, видела рамы окон, через которые в наш век выглядывают семидесятые годы века прошлого, и подъезд, в котором я абсолютно ни зги не видела – и это днём. А что ночью?

– Ночью здесь без мобильника или фонарика не пройти. Замыкает электричество. Того и жди, что мы здесь сгорим, – предсказывает Александра Васильевна. В соседнем подъезде живёт многодетная семья, к бабушке Шуре Масловой тоже в гости приходит внучок. Стра-а-ашно…

А.В. Маслова этим широким  жестом приглашает в гости  жилищную инспекцию

А.В. Маслова этим широким
жестом приглашает в гости
жилищную инспекцию

Страшно – вот рефрен увиденного и услышанного от обитателей дома по улице Мира. Я пробираюсь вместе с моим добровольным экскурсоводом вниз и вверх по подъездам их нелепого многоквартирника, где не предусмотрены даже туалеты, печки – без вьюшек,  а потому тяга – напрямую. У жителей второго этажа протекает крыша, потолки висят булками, возле печных труб – ржавые разводы. Нижние жильцы вконец замерзают. В этом году с центральным  отоплением ситуация начала выправляться: про работу коммунальщиков в этом направлении сообщала районная  газета, да только все их старания по теплоснабжению проблемных афонькинских двухэтажек  так и улетучиваются сквозь щелястые древние окна.

На втором этаже дома № 9 сорок лет проживает Раиса Петровна Рыжикова. Как получила она свою квартиру от совхоза, так и не уезжала никуда.

– Сколько я здесь живу – ни одного ремонта не припоминаю, – говорит Раиса Петровна и провожает нас на кухню, где стоят тазики с чистым бельём, а сверху струятся и обваливаются пыль и слёзы  прошедших лет.

– Мы, деревенские, люди выносливые! – улыбается мне  Светлана Петровна Ляпустина, жительница другой квартиры. Они с мужем Анатолием Михайловичем – трудяги  на пенсии, восемь лет назад дом свой оставили детям и переехали мыкаться сюда, на улицу Мира. Пол в их квартире забавно покачивается  под ногами, будто качели.  Он держится на подпорках и на честном слове, а на нём – газовая плита… С кого спрашивать, товарищи пожарные, в случае чего? С пенсионеров, арендующих муниципальное жильё, или с «балансодержателя»?

Перед тем, как я спущусь во двор – ледяной каток, покривлюсь от запаха помойки, которую (по утверждению жителей) не чистили уже два года, покачаю головой при виде убогой «детской площадки» в двух шагах от этой помойки, услышу от одного из гостеприимных хозяев слова, которые обязательно надо услышать всем:

– Хотелось бы к концу жизни нам и получше пожить…

Слышите, люди из инстанций, для которых Александра Васильевна Маслова – бич Божий? У нас голова поболит о ней раз, второй и перестанет. Мы вернёмся с работы в свои тёплые уютные домики и квартиры, выключим мобильные телефоны и отдохнём от назойливой пенсионерки. А ей куда идти от всей нарисованной здесь картины?  Вот и ищет она  правду. Только найдёт ли?

PS. Как стало известно, дом по адресу: ул. Мира, 9 включён в региональную программу капитального ремонта имущества в многоквартирных домах. Год ремонта будет определён после утверждения перечня домов, подлежащих ремонту. Планируется сделать это до конца года.

Фото автора