Опубликовано на: Вс, Сен 25th, 2016

Как мы храм Божий восстанавливали

Поделиться этой
Теги

Ильинскую церковь Ильи-пророка закрыли в 1961 году. К этому времени ажиотаж по закрытию и разгрому церквей в нашей стране вроде бы поутих, но почему-то решили добраться  и до Ильинской церкви. В исторической справке, которую я взял из проекта на ремонт здания церкви, заказанного в 1978 году бывшим директором совхоза «Ильинский»  Ахмадьёй Хабиденовичем Хабиденовым, сказано следующее: «Церковь Ильи-пророка в селе Ильинке  была построена вместо деревянной того же названия в ХVII веке, разобранной по ветхости. Из грамоты к Тобольскому архиепископу от 1 сентября 1796 года известно, что заказчик ишимский протоирей Николай Флоровский дозволяет начать постройку церкви Ильи-пророка. К середине 1797 года церковь была построена. Можно предположить, что в конце XIX века произведён ремонт, свидетельством которого является клеймо на восстановленном металлическом стержне, датированное  маем 1889 года. В 1961 году по решению председателя сельского совета церковь была закрыта, произведена опись имущества. Часть икон из церкви была у жителей села, часть – в действующем соборе г. Ишима, большая часть погибла при неумелом хранении в р. п. Казанское».

Ильинская церковь. Фото 50-х годов ХХ века

Ильинская церковь. Фото 50-х годов ХХ века

После закрытия церкви местные власти решили приспособить это помещение для школьных ремонтных мастерских. Затем оборудовали здесь пекарню, так как в районе были большие трудности с выпечкой хлеба. В зале, где располагался алтарь, сделали деревянный потолок, чтобы уменьшить кубатуру помещения из-за холода. Пекарня ни одного дня не работала, оборудование стояло беспризорным, как и сама церковь. Местные жители частенько заходили в незакрываемое помещение и утаскивали, что можно.  Так постепенно были  сняты  чугунные плиты с пола, часть оконных решёток, все рамы и двери,  кресты. По сути помещение церкви превратилось в отхожее место. Выпивохи заглядывали сюда, чтобы распить бутылку, справить нужду, бродячий скот в летнюю жару спасался здесь от зноя.

Шёл  пятый год моей работы  директором совхоза «Ильинский». Как и все,  я тоже не переживал из-за  того, что здание церкви  разрушается,  и никогда внутрь не заходил. И вот  однажды осенью 1984 года, проходя возле церкви, решил заглянуть, чтобы посмотреть на внутреннее состояние стен и потолочных сводов, ведь здесь частенько играли дети,  и  из-за ветхости могло произойти обрушение. То, что я увидел, обескуражило: развалившиеся  печи  пекарни, бутылки, животные и человеческие экскременты и всевозможный мусор. По разрушенным ступенькам еле-еле взобрался на колокольню. Просматривалась как на ладони  вся Ильинка. Здесь,  на высоте, я испытывал одновременно  восторг и уныние, вызванные картинами  увиденного. Тут и возникла у меня мысль убрать мусор и навести порядок в этом осквернённом храме.

На следующее утро на планёрке поинтересовался у прораба Н.Е. Копотилова,  кому бы можно поручить произвести уборку мусора в церкви. Он и подсказал, что в нашей гостинице живут двое бичей, которые за пропитание могут выполнить эту  работу. Я тут же вызвал их в контору и предложил заняться очисткой церкви. Назвал зарплату – 400 рублей. Двое молодых здоровых парней бе-зоговорочно согласились и принялись за работу. А когда в церкви был наведён порядок, сразу захотелось заняться её ремонтом. С райкомом партии советоваться не стал, заранее зная, что согласия не будет, а обратился к начальнику управления сельского хозяйства Михаилу Исаковичу  Яркову.  Он поддержал моё намерение отремонтировать церковь.

Я поехал в город Тобольск, нашёл  реставрационную мастерскую, но там мне отказали, сославшись на большую загруженность, да и средств на восстановление церквей пока не было. Оказывается, А.Х. Хабиденов в своё время сюда тоже обращался и проект ему изготовили, но реставрировать церковь отказались. Стало понятно, что поддержки по официальной линии не будет, а поэтому надо будет действовать самостоятельно, искать наёмную бригаду.

Ильинский храм в наши дни

Ильинский храм в наши дни

И вдруг (словно Бог послал) у меня в кабинете появляется молодой симпатичный парень и представляется: «Жора Цуперишвилли – грузин, верующий, христианин. Мы (я  и двое моих ребят)  сможем отремонтировать церковь. Сам я жестянщик, ребята – штукатуры, каменщики». Тут же пошли к церкви, просмотрели, что необходимо сделать, договорились о цене – всего 33 тысячи рублей!

Но на дворе была  зима,  и ни о какой работе не могло быть и речи. Решили: в течение зимы совхоз заготовит необходимые материалы, а с началом весны бригада приступит к работе. Хозяйство стало усиленно заготавливать необходимые материалы: кровельное железо, известь,  кафельную плитку и т.д.

Первый секретарь райкома КПСС В.Ф. Кныш  знал о моей затее, но не встревал. Да ему и не к чему было связываться со мной: он в 1985 году уходил на пенсию.

Вот и март месяц! Вновь появилась бригада Жоры Цуперишвилли. В течение зимы мы хорошо поработали: завезли много строевого леса, изготовили рамы и двери, нашли у местных жителей три креста, четвёртый изготовили местные кузнецы Михаил Викторович Вершинин и Петр Михайлович Литвиненко. Окна и двери мастерил старейший столяр совхоза фронтовик Виктор Александрович Шалыгин. Он уже собирался на пенсию, частенько болел (сказывались фронтовые ранения), но согласился выполнить эту работу.

Бригада сразу же приступила к сооружению лесов вокруг церкви. Работа была очень тяжёлой. Леса сооружались из свежих мёрзлых брёвен вручную. Те двое парней, что очищали церковь от мусора, тоже влились в бригаду. После установки лесов штукатуры добросовестно очищали старую разрушающуюся штукатурку, а Жора выполнял жестяные работы: убирал старую кровлю и заново крыл новую, гнул сточные трубы.

В то время по болезни с должности  прораба ушёл Н.Е. Копотилов. Мы остались без прораба. Но нам повезло: вскоре  в совхоз из села Казанского направили молодого энергичного специалиста, только что закончившего школу мастеров В.В. Касаткина, который сразу же окунулся в работу. А дел  в то время у прораба было очень много: строительством занимались  20 наёмных бригад, в которых насчитывалось 130 человек. Всем надо было своевременно обеспечить фронт  работ, поставить  стройматериалы.

На  церкви велись  наружные работы. Яркой белизной сквозь леса просвечивались оштукатуренные и  побеленные стены, зазеленела покрашенная свежей краской новая жестяная крыша. Вот и на колокольной маковке Жора готовится  установить  первый крест, покрашенный яркой жёлтой краской.  Возле церкви собралось много народу. Все с замиранием сердца смотрят,  как на высоте 27 метров Жора без какой-либо страховки на открытой площадке возится с крестом.

Середина лета, дела  продвигаются. Однажды Жора подходит ко мне и, смущаясь, говорит: «Василий Александрович, мы не ожидали, что так много будет работы на церкви. Ребята просят увеличить сумму, иначе могут бросить». Работы было действительно очень много, да и  сметы никакой мы не составляли. Поручил  В.В. Касаткину   обсчитать стоимость того, что уже сделано,  и того, что осталось. Сумма получилась почти в два раза больше изначальной. Пришлось согласиться и выплатить.

К концу лета все строительные работы были закончены. Бригада сантехников под руководством А.А. Останина  смонтировала в церкви отопление. Теплотрассу к церкви вели от столовой через перекрёсток.  Когда рыли траншею обнаружили  несколько могил. Видимо,  когда-то возле церкви располагалось  кладбище.

И вот здание церкви полностью готово: сверкают на солнце ярко-жёлтые кресты, голубые купола сливаются с синевой неба, белые стены – как невеста в белом платье и в  белоснежной фате.

А впереди новые работы: надо готовить стенды и оснастку для размещения музейных экспонатов. Вот так мы отремонтировали здание церкви, установили  на ней четыре креста. В те годы  гонения на церкви уже прекратились, но всё же мы находились под пристальным вниманием КПСС.

Осенью во время уборки в совхоз приехал председатель облисполкома Николай Алексеевич Чернухин. Когда мы с ним пошли в столовую пообедать и  проходили мимо  церкви, он, показывая на кресты, только и сказал: «А Пимен-то рядом с Михаилом Сергеевичем  Горбачевым сидел...» (Пимен в то время  был главой Русской  православной церкви),  но в церковь гость  не зашёл.  В этом же 1985 году у нас в хозяйстве побывал секретарь обкома КПСС по сельскому хозяйству Юрий Романович  Клат.  Мы с ним тоже ели в столовой,  а после трапезы я предложил ему  зайти в наш музей, располагавшийся в церкви, но он категорически отказался, сославшись на то, что он коммунист и под кресты не пойдёт.

А с августа 1990 года мы передали церковь Тобольской епархии. И опять нам пришлось оборудовать иконостас и другие церковные приспособления. Этим снова занимался наш столяр В.А. Шалыгин.  Собирали иконы, просили местных жителей  отдать их в церковь, привозили  из Ишимского храма. 20 августа прошло освящение церкви. Первое время службы проходили только тогда, когда из Ишима приезжал священник отец Иван. Всю повседневную работу  много лет вела Валентина  Калентьева. Она была выбрана старостой и делала очень многое, чтобы церковь регулярно работала.

Постоянного священника у нас не было. В начале 90-х я был выбран депутатом областного совета и имел возможность запросто общаться с высоким областным начальством. Однажды зашёл к Л.Ю.  Рокецкому, заместителю председателя областной администрации, и попросил, чтобы он помог решить вопрос со священником. Прошло немного времени,  и в Ильинку приезжает епископ Тюменский и Тобольский Димитрий. Он долго со мной беседовал.  Перед уходом подарил мне книгу «Закон Божий»,  сделав в ней надпись: «Василию Александровичу. На добрую память и для духовного назидания. Димитрий – епископ Тобольский и Тюменский. Ректор Тобольской духовной семинарии. 14 июня 1993 года, с. Ильинское». Пообещал выслать на церковь колокола. Слово своё  Владыка сдержал, колокола мы привезли из Тобольска в 1996 году к Ильину дню, 2 августа  установили их  на колокольню. Накануне мы совместно с Гиви Борисовичем Вашакидзе ещё раз провели косметический ремонт церкви.  Празднование  Ильина дня в тот год проходило под перезвон колоколов.

В двухтысячном году службы стал проводить отец Сергий, приезжавший  из Бердюжья.  А в 2001 году к нам направили на постоянную работу выпускника Тобольской  семинарии отца Евгения, который добросовестно и самоотверженно проработал в Ильинке несколько лет.

 В последние годы  регулярно проводит богослужения в Ильинской церкви отец Вадим. Это очень внимательный и ответственный священник. Он крестил меня и моего внука Володю. Иногда, проходя возле церкви и глядя на неё, я вспоминаю то недалёкое время –  1985 год, когда мы отремонтировали здание церкви и восстановили его как храм Божий. Я счастлив, что в этом благом деле  есть и частица моего труда.

В. Абрамов,

бывший директор совхоза «Ильинский»

Фото Тамары Носковой

 и из архива Ильинского музея

Об Авторе